Письмо Г. Мельникова
RN3AC г. Москва
|
Маниппеи Альфреда Баркова или «не замахнуться ли нам на Вильяма,
так сказать, Шекспира?»
Георгий Мельников
RN3AC
Московские литературоведческие круги были взбудоражены новым именем –
некто А. Барков предлагал неожиданные, можно даже сказать, нахальные
трактовки знаменитых произведений Булгакова, Пушкина и даже самого (!)
Вильяма Шекспира.
По обыкновению интересовались прежде всего личностью загадочного А.
Баркова – кто таков, откуда выпрыгнул словно черт из табакерки.
Сходились на том, что под псевдонимом А. Барков скрывается кто-то из
литературоведческой братии, кому вздумалось похулиганить, подразнить
коллег. Фамилия Барков в истории российской словесности известна
хорошо – уже не первый век бродит по нашим необъятным просторам
неистовый Лука Мудищев, вертится девичья игрушка, смущая свободой
непечатного слова, и восхищая красотой литературного стиля.
Спорили яростно, размахивали руками и сигаретами, я тоже
заинтересовался, хотя в этом мало смыслю, и пришел просто так
«посидеть». Когда баталии утихли, заглянул в Интернет, нашел
материалы.
Читать оказалось любопытно: может быть, не очень убедительно, но живо
и занимательно все изложено. Помню – еще подумал, что автор молодец,
лихо сюжет закрутил, прямо детективная история получилась. И как раз в
тот момент обратил внимание на некоторую странность – материалы были
размещены на сайте Украинских радиолюбителей. Ну нет, ерунда какая-то:
литературное исследование и вдруг радиолюбители. А вдруг это НАШ
Барков? Лихорадочно шарю по сайту – все правильно: Барков Альфред
Николаевич – указано полностью…
Это случилось в Киеве лет 25 тому назад. Надвигалась реформа позывных,
ломались копья, шли бесконечные дебаты. Я как раз ехал в Киев, и меня
попросили передать Альфреду материалы по проекту реформы. Остановился
в гостинице на бульваре Тараса Шевченко, уж не помню ее названия,
звоню, спрашиваю Баркова. Отвечает уверенный голос: сейчас приду за
бумагами, не беспокойся. Кладу трубку, начинаю ждать и вдруг
соображаю, что я не сказал, собственно, ГДЕ я остановился. Однако
проходит минут пятнадцать, дверь в номер открывается, и входит
улыбающийся человек. Здравствуйте, я Альфред Барков, давайте ваши
бумаги. Так и познакомились…
Я его пытал все, как он ухитрился меня найти, а он только смеялся, мол
служба такая.
Я нашел электронный адрес Альфреда, напомнил о нашем знакомстве,
поздравил с литературным почином и рассказал о переполохе, который он
поднял в Москве своими опусами. Он откликнулся неожиданно тепло,
жаловался только немного, что приходится жить за городом, а с его
здоровьем это делать достаточно тяжело. Были и другие письма, а потом
в суете дел переписка заглохла, как это часто бывает.
Наконец, я собрался ему написать, но уже было поздно – позывной UT5AB
умолк навсегда.
Потом я читал статьи о литературном творчестве Альфреда, в основном
ругательные, где со «звериной серьезностью» доказывалась
литературоведческая безграмотность автора, некорректность его
логических построений, наивность выводов и прочее. Наверное, в этом
много правды, но, как мне кажется, Альфред хотел донести до читателя
нечто другое. Растормошить, «завести», спровоцировать читателя,
заставить его искать новое, неожиданное в хорошо известных
«хрестоматийных» произведениях – в этом, как мне представляется, была
его основная цель. И, судя по уровню литературного шума вокруг его
произведений, который не утихает и сегодня, это ему вполне удалось.
Альфред занимался маниппеей, т.е поиском скрытого, зашифрованного
содержания литературного произведения. Одновременно он писал еще одну
маниппею – о себе самом.
В его произведениях проявляется вольнолюбие его натуры, скептическое и
подчас непочтительное отношение ко всякого рода авторитетам и мнениям,
страсть к игре и веселой мистификации – качества свободного человека,
сохранившего на всю жизнь молодость души.
Ушел из жизни человек живого дела, который не старался понравиться
всем, но не оставлял никого равнодушным, и этого действительно жаль.
Г. Мельников RN3AC
Специально для сайта URS
27 июля 2007 г. |
| |
|
|
