UT6UF UT6UE вокруг света на яхте "Купава"


Капитан:
Бондарь Юрий Васильевич (UT6UF)- Неоднократный участник морских и океанских переходов, известнейший яхтсмен и конструктор яхт.

Члены экипажа:
Зубенко Андрей Витальевич (UT6UE)- Чемпион Украины с парусного спорта.


 

 

Репортаж Зубенко Андрея (UT6UE)

   
 

Переход от о. Мангарева до о. Таити

   
 

7

   
 

Страницы: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13]

   
  К северному мысу атолла Anuanuraro подошли около полудня. Прошли на юг вдоль восточного берега и нашли неплохое место для стоянки с восточной стороны южного мыса.
 

 

    Около двух часов дня стали на якорь в точке
S 20°26,901’ W 143°31,404’.  
   
Глубина под нами 20 м. Дно крутое. Небольшое углубление в береговой линии защищало берег от северного ветра и южного наката.

    Хорошие условия для высадки. Накат шел вдоль берега и не создавал прибоя. И ветер гнал ветровую волну вдоль берега, что так же делало условия для высадки благоприятными. Однако время уже клонилось к вечеру. Ночь в этих краях наступает рано, и темнеть начинает еще до шести.
А высаживаться на остров на пару часов смысла, вроде, не было. Поэтому выходить на берег решили завтра.

     Правда, решение отложить высадку далось нам нелегко и не без споров. Мне не терпелось побыстрее попасть на незнакомый берег, а Юра считал, что торопиться некуда. У нас завязался спор. В итоге мудрость победила любопытство. Я согласился. Хоть и считал, что есть риск упустить момент. Прибой на атоллах очень непостоянный. Если сегодня условия для высадки хорошие, то завтра они легко могут измениться, и высадка станет невозможной.

   
      Ну а пока появилась свободная минутка, Юра занялся тузиком – чистил и красил трубки, из которых была собрана моторная рама и которые уже изрядно были подпорчены ржавчиной. А я в это время принялся за приготовление ужина.

    Остаток дня прошел тихо и незаметно. За ужином засиделись дольше обычного. Вахты нести не нужно было, поэтому позволили себе устроить небольшой киносеанс с вечерним чаем. Смотрели короткометражки Йоса Стеллинга про то, в какие нелепые ситуации могут завести себя мужчины в общении с женщинами. Конечно, не самая актуальная тема для двух мужчин, второй год скитающихся на маленькой яхте по океанам. Но мы любили эти фильмы и с удовольствием в очередной раз смотрели их.
 

 

 

      После ужина я залез в постель и занялся зубрежкой французского языка. Перед сном любой язык учится лучше. Достаточно пару раз повторить слова, и они прочно оседают в памяти. Главное, сразу после этого выключить свет и лечь спать. Тогда эффект получается стопроцентный.
     Но, организм, как оказалось, уже перестроился на походный лад и тут же отреагировал на нарушение режима сна. Доучить слова я не смог. Только улегся и поднял перед собой листок со словами, как глаза мои закрылись и я провалился в сон. Впрочем, провалился я не глубоко. Проснулся от удара по лбу выпавшего из руки светодиодного светильника, которым я подсвечивал листок.

     А Юра в это время сидел перед радиостанцией и лазил по любительскому диапазону. Сам он в эфир не выходил, но послушать вечерами о чем говорят радиолюбители, любил. Сигнал был чистый и сильный. Из динамика несся большой радиолюбительский треп. О чем могут говорить радиолюбители? О политике в эфире дискутировать не принято. Обсуждать вопросы, которые могут вызвать споры или конфликты, тоже считается вне правил. Остается погода, личная жизнь и, конечно, самая популярная тема – любимая радиоаппаратура.
Сквозь сон я слышал рассказы про «дипольные» морозы в Якутии, про «жару» с транзисторами в Крыму, и про то, как в Киеве выпал QSB и все замело атмосферными помехами с усилителями. Разбираться в радио-метеорологических излияниях у меня уже не было сил и под эту словесную кашу я и уснул.
   
  07.03.11.
   Проснулся где-то за час до рассвета. Спать уже не мог. Наверное, не терпелось скорее попасть на берег – на этот незнакомый и таинственный остров.

    Ночью ветер поменялся и зашел на восток/северо-восток. И хоть дуло не больше 5 узлов, но теперь мы стояли у наветренного берега, результатом чего стал усилившийся прибой.
Выйдя на рассвете на палубу, я обнаружил, что яхту развернуло боком к ветру. И якорь теперь уходил куда-то в сторону. Второй якорь висел почти вертикально. Объяснение такого непонятного поведения яхты оказалось простое - течение. В этом месте было сильное течение вдоль берега.
Я вернулся в постель. Но уснуть уже не смог. Вскоре проснулся и Юра:
    - Давай дождемся, когда солнце встанет, и будем подниматься, – сказал он, похоже, не открывая глаза.
    - Солнце уже взошло. Надо вставать, – ответил я, глядя, как первые лучи солнца пробивались в открытый кап.

    Быстро позавтракали. Спустили на воду тузик. Перед этим выпустили за кормой 120 м плавающего конца, чтобы в случае, если при возвращении нас начнет сносить течением или ветром, иметь возможность добраться до яхты.

     К десантированию на берег готовились тщательно: надели туфли вместо тапочек и брюки вместо шорт, чтобы защитить ноги при высадке на острые кораллы рифа. Приготовили спасательные жилеты. Я упаковал в кулек два ножа. Цель высадки кроме обычного любопытства – два буя с солнечными батареями, которые мы увидели на пляже еще при подходе к острову и которые могли стать дополнительными источниками энергии на яхте. А еще - у нас заканчивались кокосы.

     Наконец мы погрузились в тузик и направились к берегу. И лишь отойдя от яхты, вдруг обнаружили, что забыли надеть спасательные жилеты. Досадная оплошность. Имея опыт высадки на атоллы, мы, обычно, не пренебрегали жилетами.
     Но возвращаться на яхту не стали. В приметы мы не верили (это, конечно, ложь. Вы не найдете ни одного моряка, который не верит в приметы!), но лучше, как говорится, не «дразнить гусей». Да и непомерная (и необоснованная) уверенность в себе, подкрепленная полученным ранее опытом, не позволяли нам сомневаться в успешности операции.
     В общем, зазнайство, лень и забубоны заставили нас нарушить правила техники безопасности и отправиться на берег без спасательных жилетов.

     Мы шли к рифу. Вернее, сначала прошли вдоль него, ища подходящее место высадки. Юра сидел на веслах, а я стравливал понемногу веревку, которой были привязаны к яхте.
Со вчерашнего дня прибой заметно усилился. Теперь подойти к рифу стало значительно сложнее. Волна была слишком большая. Хотя, периодически между волнами бывали неплохие паузы. Мне казалось, что мы легко можем успеть проскочить самый опасный участок перед рифом. Но Юра медлил. Я внутри злился, но виду не подавал. Нам еще поспорить в тот момент не доставало!
Наконец, мы решились, и пошли к берегу.

     К рифу подходили по ветру, медленно стравливаясь по веревке. Она нам здорово помогала. Когда тузик подхватывала очередная волна, веревка не давала ей выбросить нас на риф, и мы могли спокойно удерживаться на безопасном расстоянии от рифа, дожидаясь очередной паузы в волнах.

     За несколько метров до рифа, там, где волна только начинала подниматься, мы остановились. Теперь нужно было сработать четко. Мы должны были быстро пройти полосу прибоя, высадиться на риф, вытащить лодку и быстро уйти из опасной зоны.
На подходе к рифу я, по отработанной ранее технике, выпрыгнул в воду и к рифу добирался вплавь, держась за лодку. Юра оставался в лодке и стравливал потихоньку веревку. Он должен был покинуть тузик, когда я почувствую ногами дно.

     Я плыл рядом с лодкой, посматривая назад, как бы не подошла волна. Наконец, уперся ногами в стену коралла и стал выбираться на него. Я уже почти выбрался на риф, когда Юра вдруг крикнул:
     - Веревка закончилась. Не хватает.
     - Черт с ней. Бросай ее. Отвязывай, - проорал я, глядя, как со стороны моря надвигалась волна.

     И тут случилось то, что должно было случиться – к рифу подошла первая волна. Она была небольшая, всего около метра. Я стоял на краю рифа и держал лодку за кормовой баллон, направляя ее носом к волне. С другой стороны, в носу лодки, Юра держал в руках конец веревки. Лодку подняло и бросило, но не сильно. Мы смогли удержать ее.
      - Выходим, Юра. Прыгай в воду, - закричал я.

     Но момент был упущен. За первой волной пришла вторая. Я стоял к ней лицом и как завороженный смотрел на приближающуюся волну. Помню, как она росла передо мной, а я все ждал, когда же волна перестанет расти...
А она все росла и росла. И наконец подхватила тузик и вместе с нами с силой обрушилась на риф. Я вцепился в лодку и, стараясь не выпустить ее, полетел спиной вперед на кораллы.
«Лишь бы не ударило о риф» – крутилось у меня в голове – «лишь бы не спиной о риф»… При этом я старался выставить ноги как можно дальше назад, чтобы хоть как-то смягчить неминуемый удар.

     Нас кинуло вперед, затем отбросило назад. Затем несколько раз перевернуло и протащило по рифу. Веревка не давала волне вынести тузик на риф и выйти из полосы прибоя. Она удерживала нас как раз на границе рифа. В самом опасном месте. В самом водовороте прибоя.

     Волна прошла и Юра, наконец, выпрыгнул из лодки. Но в этот момент пришла третья волна. Она опять подняла нас, и опять все закрутилось. Перед глазами пролетали тузик, кораллы, небо… Опять тузик… Опять кораллы… И везде пузыри, пузыри, пузыри…
     Наконец, и эта волна сошла. Я уже был на рифе и, стоя в воде на коленях, держал лодку и ждал Юру. А Юра почему-то медлил. Он плавал рядом с тузиком, держась за веревку и, казалось, не спешил выбираться. Почему он не выходит? Ему до рифа всего какой-то метр. Всего метр, и мы были бы в безопасности.

     В это время подошла очередная волна. Вернее, это уже была серия волн. Волны все подходили и подходили. Нас опять подхватывало, крутило и кувыркало. Мимо что-то проплыло. Явно искусственного происхождения. Но у нас в лодке все было привязано. Я попытался дотянуться, но не смог и оставил. Все равно на берег выбросит.
А нас накрывала очередная волна. Юра прокричал:
     - Держись за лодку – и его голова скрылась в пене. На ее месте появлялась нога, затем рука… Затем опять голова, и опять нога.
    Я все не мог понять, почему Юра не выбирается на риф. К этому времени я уже был вне зоны прибоя. Я стоял в полутора метрах от края рифа и держал лодку, за которую с другой стороны держался Юра. В таком положении я был в безопасности. Но вот лодка находилась в самой полосе прибоя, и ее могло сильно повредить. Чтобы спасти наш маленький тузик мне тоже пришлось вернуться в прибой.
В этот момент недалеко от меня из воды вынырнул кроссовок. Он слетел с ноги Юры и теперь вместе с нами кувыркался в прибое.
     - Уходим! Возвращаемся! – вдруг прокричал Юра.
     - Да мы же уже почти высадились, - опешил я.
     - Уходим! – Еще громче заорал он.

     Спорить было не место и не время. Уходим, так уходим, и я опять ринулся в прибой, толкая перед собой лодку. А волны все били и били. Они подхватывали нас и опять кидали на риф. И мы все молотились и молотились в водовороте прибоя.
     - Уходим, Андрей! – Кричал Бондарь.
     - Чего ты стоишь? Уходим!
     - Так в лодку залазь. Как же мы уйдем, когда ты в воде?

     Я стоял у самого края рифа, держа лодку, и ожидая, когда Юра тоже выберется на риф и сможет залезть в тузик. Но он все барахтался в воде. А когда выходил на риф, его тут же сбивала очередная волна.
     - Отталкивай лодку, – кричал он.

     Наконец, Юра был в тузике, и теперь я смог оттолкнуть лодку от рифа. Запрыгнул сам и стал быстро выбирать конец. Нас подхватила очередная волна. Но теперь это было не страшно. Мы уже выбрались из самой опасной зоны.

     Когда все успокоилось, и мы, наконец, оказались в безопасности, я посмотрел на Бондаря. Живописная была картина: Юра полулежал на дне лодки, его штаны были спущены до колен, на ноге один кроссовок, футболка задрана почти до подбородка. На лице застыла жуткая гримаса. Весь мокрый и растерянный. Я не смог удержаться от смеха.
     - А где твоя кепка, - смеясь, спросил я.
     - Там же, где и твоя, - почему-то зло ответил Юра.

     О, а я и не заметил, что мою кепку тоже смыло. Ну что ж, две кепки и один кроссовок станет нашей данью острову. Затем Юра почему-то набросился на меня:
     - Чего ты смеешься? – извергал он, перемежая слова бранью.
     - С меня штаны слетели, а тебе смешно (брань), нас перевернуло, а ты… (опять брань).

    Дальше мне подробно и в красках было рассказано о том, что с нами только что произошло.
    - А тебе смешно?

    Теперь стало понятно, почему Юра не мог выбраться на риф. В водовороте у него на брюках порвался ремень, и оторвало пуговицу на поясе. Брюки слетели до самых колен и не давали ему двигаться. Поэтому он и болтался возле рифа, не имея возможности ни выбраться на риф, ни вернуться в лодку.
     - Юра, не шуми. Никакой трагедии не произошло. А ты действительно смешно выглядишь. И почему не посмеяться?

     Но Юре как раз сейчас захотелось пошуметь, и дальше у нас вышла небольшая, но громкая дискуссия по поводу того, кто виноват в неудачной высадке и что нам нужно было делать - сразу уходить, или выбираться на берег. В крепких словах мы не скупились, и разговор наш больше походил на конкурс по знанию русского сленга.

     Справедливости ради, стоит сказать, что повод к плохому настроению у Юры, действительно, был весомый. Кроме того, что он лишился ремня, кепки и двух кроссовок (второй был отправлен вслед за первым сразу после обнаружения бегства первого), Юра получил множество мелких и не очень царапин и ссадин.
Особенно большая ссадина была у него на спине. Огромный синяк и ободранная кожа в районе поясницы. Причиной таких повреждений стала футболка, которая, когда слетели брюки, задралась и оголила спину Юры. Но это он еще легко отделался! Контакты голого тела с кораллом чаще всего приводят к тяжелым последствиям. На полинезийских курортах даже висят специальные плакаты, рассказывающие об опасности травм от острых кораллов.
      К счастью, сегодняшняя попытка высадки к серьезным последствиям не привела. Лишь ссадины да синяки. А я вообще остался без травм. Но как бы то ни было, сигнал прозвучал убедительный. Правилами безопасности пренебрегать нельзя! Будь на нас спасательные жилеты, всех этих неприятностей можно было бы избежать. Да и высадились бы мы, скорее всего, без проблем.

      Излив все свои претензии друг другу, мы, молча и в плохом настроении, возвращались на яхту. А в это время накат по всему берегу усиливался. Где-то далеко на юге, похоже, шел шторм. Становилось понятно, что после неудачной попытки высадиться на атолл, убедить Юру повторить высадку еще раз мне не удастся. Хотя на том же Темое условия были значительно хуже, и тогда у нас все прошло успешно. Как бы там ни было, ожидать, что накат ослабеет к концу дня или даже до завтра не приходилось. Поэтому оставаться у острова смысла не было. Надо уходить. А жаль!

     Быстро собрались и в 10.30 снялись с якоря. Отходили на одной генуе – нужно было прибраться в яхте и привести ее в походный режим. Я убирал на баке якоря, а Юра занялся укладыванием лодки.
Итогом нашего визита на остров стали:
     1) множество синяков и ссадин на теле Юры;
     2) материальные потери:
     - пара кроссовок;
     - две бейсболки;
     - порванный ремень, который, похоже, стал главным виновником нашей сегодняшней неудачи;
     - ну и, конечно, мелкие порезы и потертости на тузике.
Наша лодочка стойко пережила контакт с острыми кораллами. Созданная китайскими халтурщиками для спокойной пляжной жизни, она изо всех сил старалась оправдать свое высокое звание яхтенного ДИНГИ.
   
 

Страницы: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13]

   

"Купава".  
Переход с архипелага Гамбье (Gambier) - о. Таити (Tahiti)
(Для остановки слайда наведите на картинку курсором мышки)

 

   
   
 
<BGSOUND='SOUND/Paul_Mauriat_-_03_-_Comme__DHabitude.mp3'>
Качественная спортивная обувь в том числе и кроссовки продается в магазине Спорт-Тайм.