UT6UF UT6UE вокруг света на яхте "Купава"


Капитан:
Бондарь Юрий Васильевич (UT6UF)- Неоднократный участник морских и океанских переходов, известнейший яхтсмен и конструктор яхт.

Члены экипажа:
Зубенко Андрей Витальевич (UT6UE)- Чемпион Украины с парусного спорта.


 

 

Репортаж Зубенко Андрея (UT6UE)

   
 

Переход от о. Мангарева до о. Таити

   
 

8

   
 

Страницы: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13]

   
       Мы с грустью уходили с острова. Позже я узнал, что до недавнего времени этот остров был в частной собственности какого-то европейского богача. И сегодня на нем остался заброшенный аэродром и несколько построек. Интересно было бы посмотреть. Ну что ж, наверное, придется вернуться сюда еще раз...

     Уже через час мы под всеми парусами шли со скоростью 4 узла от оказавшегося неприступным острова. Курс - на о. Hereheretua. Этот остров не относится к архипелагу Дюк Глосестер, хотя и находится недалеко от него к северо-западу.

     Нас провожали птицы. Они кружили над яхтой, с любопытством рассматривая диковинное судно. В воде появилось много планктона. Он появился как-то сразу, вдруг. Возможно, скоро будет и рыба.
     По небу была разбросана кучевка с плоскими четкими основаниями. На севере милях в 3 – 5 от нас одно облако стало расти и, наконец, приняло форму высокой мощной башни. Затем оно потемнело и превратилось в тучу. Вдруг из этой тучи появился маленький острый хвостик. Он начал извиваться и вытягиваться к воде. Это рождался смерч. Я смотрел на него, а сам прикидывал направление ветра и нашу скорость. Вроде, должно пронести.

     А хвост продолжал расти. Он прошел где-то половину расстояния до воды, когда из тучи полил дождь. Хвост остановился, покрутился немного, и затем стал уменьшаться. Наконец, он совсем спрятался в тучу. В этот раз повезло – смерч так и не родился. Зато туча стала быстро разрастаться, безжалостно поглощая ближайшие к ней облака. И вскоре под тучей уже шел настоящий тропический ливень.

     Сегодня я сделал большое научное открытие. Я нашел насекомых на воде. Видел я их и раньше, но до сих пор не был уверен, что это были именно насекомые, а не брызги или пузырьки воздуха, разлетавшиеся от яхты. Я стоял на носу и смотрел, как от штевня разбегаются волны. Вдруг от борта поскакал пузырек, размером всего 2 -3 мм. Что-то заставило меня обратить на него внимание. Из тысяч пузырьков, разлетавшихся в разные стороны, он явно выделялся. Это не был просто пузырек, летящий по воле ветра или сил инерции. Он летел против ветра, менял направление движения, садился, взлетал, пролетал над водой около полуметра, и опять садился на воду. Сомнений не оставалось - это было какое-то насекомое. Оно долго летело перед штевнем, убегая от яхты. А ведь до острова было уже не меньше 15 миль. Вряд ли такому «летуну» удалось бы улететь так далеко от берега.
      Позже такое же насекомое я обнаружил и с кормы. Вернее, насекомых было много. Они в большом количестве разлетались в разные стороны от яхты. Ближе к заходу Солнца нас догнала одна такая мошка и села на транец. Мне удалось рассмотреть её: длинное белое тельце, на котором было всего два длинных крылышка. Берег давно скрылся из виду, и как она долетела сюда практически против ветра, было непонятно. Скорее всего, мошка и не долетала с берега. Наверное, она живет прямо в море. Тем более что таких насекомых я раньше видел и в открытом океане, за тысячи миль от берега.    Тогда я решил, что насекомые живут где-то на яхте, и время от времени их просто сдувает за борт, где я их и видел. Но внутри у нас живности нет. А снаружи спрятаться им было негде. Все продувалось ветрами и поливалось волнами и дождями. Поэтому сомнений не оставалось – это были насекомые, живущие прямо в море.

     Насекомые были разные. Вернее, все они были похожи друг на друга -небольшие и белого цвета. Но вот передвигались по-разному. Одни перемещались по воде резкими движениями, расставив ноги как водомерки. Другие - скачками где-то по полметра. Третьи летали, иногда долго держась в воздухе, убегая от яхты.

     В Киеве, уже после окончания похода, я как-то встречался со специалистами на кафедре зоологии Киевского Национального университета и рассказал им об этих насекомых.
     - Этого не может быть, – ответили мне тогда ученые. - Такого не бывает. Как они могли туда долететь и чем они питаются в море? Ты, Андрей, что-то перепутал.
     Впрочем, не поверил мне и Юра. Когда я позвал его на палубу, он что-то с насмешкой произнес изнутри яхты и отказался выходить:
     - Ты ж не пьешь, Андрей. Почему тебе мошки мерещатся?
     А я был уверен, что сделал научное открытие, и теперь мне полагалось признание в научном сообществе. Хотя позже меня, все же, ждало разочарование. Копаясь в интернете, я обнаружил, что этих насекомых, хоть и не часто, но уже встречали до меня. И даже кто-то зарисовал одну из этих мошек. Она была точь-в-точь такой, какую видел я.

     К заходу солнца ветер подвернул до северного и ослабел до 3 уз. Ослабление ветра к вечеру – это нормальное суточное изменение, которое свидетельствует об установившейся антициклональной погоде. С одной стороны, оно говорило о хорошем завтрашнем дне. С другой - ночные ослабления ветра существенно снижали нашу скорость, которая теперь, даже с полной парусностью в галфвинд, не превышала 2,5 уз. Таким ходом расстояние до Таити в 325 миль мы будем идти дней 5 - 6.
Когда солнце уже спряталось, на горизонте появился маленький огонек. В надежде всматривался я вдаль, ожидая увидеть первое судно в Тихом океане. Но это оказалась всего лишь заходящая в вечернем небе Луна. Жаль. Мы пересекли уже половину океана, но до сих пор ни одного судна не встретили.
   
       Все время перехода от О.Мангарева стояла не очень жаркая погода. Днем температура воздуха не поднималась выше 34 градусов. Я спокойно переносил такую температуру и не испытывая никакого дискомфорта. Тем более, что по нескольку раз в день принимал морские ванны, буксируясь на страховочном конце за яхтой. Или просто обливался забортной водой из ведра.
 

      По ночам же температура воздуха никогда не опускалась ниже 27 градусов. По мне - это было отличное соотношение дневной и ночной температур. Днем не очень жарко, а ночью воздух остывал не настолько, чтобы почувствовать дискомфорт от перепада температур. А вот температура воды оставалась постоянной и днем, и ночью и редко выходила за границы 26 – 27 градусов. Днем такая вода достаточно неплохо освежала. Но вот ночью температуры воды и воздуха выравнивались. А это, в свою очередь, выводило атмосферу из состояния стабильности, которая наблюдается, когда воздух на несколько градусов теплее воды. Этот момент следует учитывать при прогнозировании будущей погоды. Особенно при расчете силы ветра по картам распределения барических систем (циклонов, антициклонов, холодных и теплых фронтов).
    Исходя из своего опыта, могу сказать, что в нестабильной атмосфере (когда температура воздуха ниже температуры воды больше, чем на 4 градуса) расчетную скорость ветра следует принимать на 40% – 50% выше, чем в таких же условиях, но при стабильной атмосфере (когда температура воздуха выше температуры воды больше, чем на 4 градуса). При одинаковых температурах воды и воздуха разница в скорости ветра будет составлять примерно 20%.
    Это особенно важно в высоких широтах, где часты штормы и где скорость ветра нередко достигает десятков узлов. В тропических широтах нестабильная атмосфера не опасна. Погода здесь обычно резко не меняется, а все усиления ветра связаны, в основном, с появляющимися на небе небольшими тучами.  Хотя бывают и неизвестно откуда взявшиеся шквалы. Их называют «белыми шквалами». При совершенно чистом небе и абсолютно спокойном море вдруг из ниоткуда налетает мощный ветер. Он бывает такой силы, что яхту, идущую в спокойную погоду с полной парусностью, кладет парусами на воду. А через минуту - все опять тихо и спокойно.
    Так произошло однажды с нашими друзьями, яхтсменами из Австралии, которые шли недалеко от Фиджи. Ночь была ясная. На небе ни облачка. Ветер не больше 7 узлов. Шли в бейдевинд под стакселем и полным гротом. Яхту вел автопилот. Свободный от вахты экипаж спал. Вахтенный сидел в рубке возле монитора карт-плотера. Все было тихо и спокойно.
    - Вдруг, яхту как кинет, - рассказывал мне потом этот самый вахтенный. – В снастях все засвистело, а яхта резко накренилась. А потом легла парусами на воду.
    Команда по авралу выскочила на палубу и срочно стала майнать паруса. Но не успели убрать грот, как все стихло. Опять задул легкий ветерок, и море стало таким же спокойным, каким было за несколько минут до этого.
    - Теперь мы на ночь всегда берем рифы на гроте, независимо от погоды, - резюмировал тогда австралиец.
    Причина этого явления, как мне кажется, проста. Лежит она в понятии под названием «слой инверсии». Суть его в том, что иногда воздух у поверхности земли оказывается холоднее воздуха на высоте. Между этими двумя слоями воздуха образовывается четкая граница, которая называется «слой инверсии». Этот слой не дает пробиться теплому восходящему воздуху в верхние слои атмосферы, а холодному нисходящему опуститься на землю. Существует несколько типов инверсии.  
    Например, дневную инверсию, с которой хорошо знакомы планеристы, можно наблюдать жарким солнечным днем, когда по всем признакам в воздухе должны быть хорошие восходящие термические потоки. Обычно такие потоки увенчаны красивыми кучевыми облаками. Но в некоторые дни даже в полдень, когда земля хорошо прогрета и должно быть много термиков и, соответственно, много кучевых облаков, небо остается чистым. На небе не появляется ни облачка. Причина этого лежит как раз в слое инверсии. Восходящий поток поднимается до границы холодного и теплого воздуха (слой инверсии) и упирается в нее. Поток не может пробиться сквозь слой инверсии и достичь высоты образования облаков. И лишь к обеду начинают появляться первые небольшие облачка. Это значит, что слой инверсии начал разрушаться. И уже через час – два все небо покрывается кучевкой. Слой инверсии разрушен и теперь воздух имеет нормальное распределение температуры по высоте.

     Существует и ночная инверсия, с которой нередко сталкиваются яхтсмены. Возникает она в жаркую погоду при ясном вечернем небе. В общих чертах суть ее остается той же, что и дневной. Только высота слоя опускается значительно ниже и располагается от нескольких метров до нескольких десятков метров над водой. И направление движения воздуха меняется: здесь уже не теплые восходящие потоки от земли «упираются» в слой воздуха на высоте, а наоборот, воздух, опускающийся с высоты, как бы ложится на «подушку» воздуха у земли. Вот тут и становятся возможными резкие, быстро проходящие шквалы. Когда воздух сверху достигает критической массы, отдельные «пузыри» могут «проваливаться» сквозь слой инверсии, и воздух мощными потоками растекается из «пузыря» во все стороны. Чем меньше высота слоя инверсии и чем больше «пузырь», тем мощнее налетит шквал. Но вот пузырь «сдулся», и все опять стихло. При этом небо остается абсолютно чистым, а море спокойным.

     Такие шквалы достаточно неприятны, прежде всего, из-за своей непредсказуемости. Спрогнозировать или вовремя отреагировать на них почти невозможно. Поэтому и считается хорошей морской практикой в крейсерском плавании (это не касается гонок) нести ночью парусов меньше, чем позволяют погодные условия.


      Мы так и делали. Каждый вечер оценивали обстановку на предмет: «А не стоит ли убрать какой-нибудь парус?» И даже при улучшении погоды к вечеру, старались никогда не добавлять парусов на ночь.

     Да и на слабых ветрах с большой парусностью ходить по ночам не очень комфортно. Слабые ветры редко бывают устойчивые. А упражняться с парусами по ночам, отрабатывая все изменения ветра - не очень приятное занятие. К тому же, паруса на слабых ветрах все время хлопают, что заставляет нервничать экипаж и портит сами паруса.
   
 

Страницы: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13]

   

"Купава".  
Переход с архипелага Гамбье (Gambier) - о. Таити (Tahiti)
(Для остановки слайда наведите на картинку курсором мышки)

 

   
   
 
<BGSOUND='SOUND/Paul_Mauriat_-_03_-_Thais_Meditaton.mp3'>